Я помню, как моя мама стирала белье в корыте на кухне коммунальной квартиры, а потом кипятила его в огромном баке. Я помню, как мы сушили это белье во дворе, натягивая принесенную из дома веревку между крюками, вбитыми в стены узкого проходного двора.
Я помню, как сама мучила белье в стиральной полуавтоматической машине "Эврика", а потом полоскала его в ванне, борясь с огромными пододеяльниками, как аквалангист, попавший в щупальца гигантского кальмара.
Я помню счастливое время стиральных автоматов, наступившее для российского народа не так давно, когда стирка стала незаметным делом, от которого не болит голова, пока, как всегда случайный, маленький цветной носочек не окрасит всю загрузочную массу белья, около 5 кг, нерадужными кляксами.
С грузом этой памяти я и жила в Америке, и, как мне казалось, здесь проблем со стиркой или очень мало, или нет совсем. Там, за океаном, время "автомата" настало куда раньше нашего, поэтому стиральная машина воспринималась только в комплексе с сушильной, а вещи здесь почему-то не линяли и практически не мялись.
В Америке очень трудно снять жилье без банно-прачечного комплекса, и, если его не будет непосредственно в квартире, то он обнаружится или в собственном дворе, или на ближайшем перекрестке. Поэтому, когда мы сняли дом на северной окраине Сан-Хосе, самого крупного города Кремниевой долины в Калифорнии, а он оказался без ставших уже привычными автоматов, я призадумалась. Надо сказать, что в остальном дом был превосходен. Он стоял внутри зеленого квартала, замкнутого с четырех сторон незначительными улицами, а улицы были похожи на аллеи, обрамленные чередой высоченных деревьев с настолько широкими кронами, что они, смыкаясь где-то над головой, не пускали внутрь назойливое южное солнце. Дом имел три спальни, гостиную, кухню и пристроенный кирпичный гараж на две машины. Во дворе дома росла огромная неряшливая пальма, с огромной бородой из отживших листьев, опускавшейся до середины ствола. В этой бороде вили свои гнезда птицы и сооружали норы мыши. То есть в доме было все, кроме вышеупомянутых автоматов.
Правда, в гараже были выходы для быстрого подключения оных, но, как всем известно, чтобы что-то быстро подключить, надо что-то купить, а тратить лишние деньги совсем не хотелось. Из этой ситуации было три выхода: стирать в маленькой прачечной, распложенной неподалеку, взять стиральную машину на прокат или купить ее, бывшую в употреблении, за полцены.
Я перепробовала все эти варианты последовательно, в вышеперечисленном порядке.
Вначале, собрав белье в пакеты, захватив с собой стиральный порошок и наменяв кучу монет по 25 центов, которыми питались автоматы, я поехала стирать белье в прачечную, где стояло несколько стиральных и сушильных машин.
Хотя машины и были огромными, мне пришлось загрузить сразу две из них, чтобы не превысить критическую массу. Вместе с сушкой это удовольствие обошлось мне в пять долларов и я, в целом оставшись довольной, собиралась повторить эту процедуру через неделю. Но вышла незадача: прачечная закрылась на профилактику, и я решила попробовать прокат, поскольку стирать-то было надо.
При цене машины в 500 долларов, ее прокат стоит 15 долларов в месяц, что, вроде бы и не так дорого, рассудила я.
Приехав в пункт проката, я уже совсем было собралась оформить сделку, как тут выяснилось, что при оформлении оной нужно предоставить рекомендации от четверых платежеспособных знакомых, справку о зарплате с места работы и кредитную историю за последние три года. Посчитав, сколько времени уйдет на собирание этой "макулатуры", я решилась испробовать третий вариант.
Купив местную газету, и найдя в ней несколько объявлений о продаже машин, я остановилась на том, в котором за 100 долларов предлагалось привезти подержанную машину и установить ее прямо сейчас, при этом давалась гарантия на месяц ее бесперебойной работы.
На звонок ответил бодрый мужской голос, который сразу стал предлагать мне купить не старую, а более современную модель, но уже за 175 долларов.
С зажатой сотней в кулаке я непреклонно ответила "нет!", что его нисколько не обескуражила, и он пообещал скоро быть, и все равно привезти две машины, чтобы я хоть одним глазком посмотрела на более совершенное чудо.
Через час к дому подъехал маленький грузовичок с тремя машинами на борту, а из кабины вылез седой улыбчивый мужичок в белой грязной майке и просторных штанах - ни дать, ни взять доминошник 60-х годов.
При помощи специального рычажка откидной борт машины опустился горизонтально и поехал вниз, превратившись в удобную ступеньку, на которую мы смогли встать и подняться в кузов. Посмотрев для вида все привезенные машины, я выбрала, конечно, самую дешевую.
- "Нет проблем", - опять заулыбался мужичок, поставил мою избранницу на тележку, и мы опустились вместе с ней на землю.
Пока он занимался установкой машины в гараже на специально предусмотренной площадке, я успела вскипятить чайник и сделать два больших бутерброда с мясом, переложенным овощами. На мое предложение попить кофе, он ответил радостным согласием. А мой вопрос, не хочет ли он пойти помыть руки перед едой, привел Дэна или Даниеля в еще более бурной восторг.
Объяснилось все очень просто. Его бизнесом вот уже на протяжении сорока лет является покупка подержанных-поломанных машин, их ремонт и перепродажа уже по более высокой цене. Так вот за все сорок лет попить кофе после работы ему предложили всего во второй раз. Первыми были индусы. О них он уже двадцать лет вспоминает с восторженной благодарностью. И хотя Дэн, как и все прочие американцы, в принципе, не пьет ни кофе, ни чая, а только колу со льдом, он сидел за столом и мужественно глотал непривычный для него обжигающий напиток. Мои два бутерброда он соединил, сделав их необъятным сэндвичем, и пытался гасить жар кофе большими непрожеванными кусками хлеба с мясом.
А когда я, сжалившись над ним, достала из холодильника ледяную воду, он обрадовался ей как старому другу, и пил ее попеременно с горячим кофе.
Наше "чаепитие" затянулось на добрых два часа. Все это время мы говорили о боге и душе.
Лишь вскользь Дэниель сказал, что он приходится отцом пятерых детей и дедом двадцати двух внуков. Что бизнес его совсем не приносит денег, что он ненавидит чинить стиральные машины, но что все же счастлив в жизни, потому что нашел дорогу к богу.
Сейчас все свободное время он слушает проповеди, читаемые по радио или передаваемые по телевидению, где рассказывается много замечательных историй о спасении души, о борьбе между светом и тьмой, об ангелах и дьяволе. А раньше, в молодости, он был неверующим, по его выражению нулем, и не ходил в церковь. Два года отец его уговаривал пойти в церковь вместе с ним, но все уговоры были напрасны. Лишь однажды, чтобы не слушать бесконечный "пилеж" жены, он зашел туда с условием, что выйдет из церкви через пять минут. Проскучав отмеренный срок, и решив, что ему здесь совершенно нечего делать, он направился к выходу, но перед самой дверью какой-то человек тронул его за руку и предложил помолиться вместе. Они взяли библию, открыли ее на первой попавшейся странице и прочитали всего два маленьких абзаца, но при этом, когда Дэн вышел из церкви, он почувствовал, что изменился. Его окружало, покрывая целиком, с головы до пяток, нечто невидимое и неосязаемое. Это нечто двигалось вместе с ним, разговаривало, не давало проникать внутрь дурным мыслям, и оберегало его. Это нечто наполнило его душу беспокойной радостью и безумным наслаждением.
Это нечто жило с ним всего несколько часов, а потом исчезло. На следующий день Дэн не находил себе места, он хотел, чтобы все повторилось сначала, чтобы благодать не покидала его. Он искал в церкви того человека, который взял его за руку, расспрашивал всех о нем и пытался понять, что же с ним произошло на самом деле. Человека того он так и не нашел, но что с ним произошло, понял: его глаза открылись богу.
Вот уже на протяжении сорока лет он ходит в эту церковь, слушает проповеди, молится, надеясь, что опять испытает ту радость, но уже многократно усиленную. И, в общем, он находит, то, что ищет.
На прощание он сказал мне, что в основном все свои машины подбирает на улице, вот и мою он нашел не так давно, неподалеку. А вообще, добавил он, на вашем перекрестке стоит довольно приличная стиральная машина. Я сходила и посмотрела - действительно стоит, но расстраиваться не стала.