У меня оставался один несчастный вечер перед отъездом, а посмотреть хотелось очень многое. Я выбрала для прогулки Барселону - три часа лучше, чем ничего. В бесцельном шатании по улицам древних городов есть что-то медитативное. Ты идешь, скользя взглядом мимо людей, мимо витрин, мимо старинной кладки стен, внимание твое рассредоточено, а ты концентрируешь в себе ощущения приятного тепла и комфорта.
Мой путь по Барселоне как обычно начался от площади Каталонии. Исключительно потому, что это конечная станция железной дороги "ферро карильяс" и начало всех путей: к морю, к горе Тибидабо и к диагональным улицам, пронизывающим город.
Выйдя на свет божий без определенной цели, я остановилась на площади в нерешительности, не зная, в какую сторону податься. Вдруг услышала звуки духового оркестра. Думаю, не только для меня, но и для всех духовая музыка ассоциируется с праздником. Под нее хочется маршировать, прогуливаться с кавалером по душистой аллее, скользить по паркету или, на худой конец, бросать в воздух чепчики.
На площади Каталонии играл духовой оркестр, музыкантам которого было не более 20 лет. Это были юноши и девушки, вдохновенно дующие в мундштуки своих сверкающих на закатном солнце инструментов. Музыка была щемящая. Я постояла возле, вслушиваясь и втекая в мелодию. Но, вспомнив о том, как мало у меня времени, вырвала себя из плена звенящего оркестра и двинулась по направлению к Готическому Кварталу.
Готический квартал (Барри Готик, Barri Gotic) с Барселонским собором, район Ла-Рибера (La Ribera) с музеем Пикассо, Парк-де-ла-Сьютаделья (Parc de la Ciutadella) расположен в старом городе. Самый первый собор на его территории был построен в 985 году. Строительство готического собора с романской часовней Капелья-де-Санта-Льюсиа (Capella de Santa Lucia) началось в 1298 году на месте старого вестготского поселения. Одна из самых почитаемых барселонцами церквей -- базилика Санта-Мария-дел-Мар (Basilica de Santa Maria del Mar), выдержанная в стиле каталонской готики. Королевский дворец (Palau Reial Major) на площади Пласа-дель-Рей (Plaza del Rei) создавался в XIII веке как резиденция графов Барселонских. Здесь Фердинанд и Изабелла принимали Колумба, возвратившегося из Америки.
По дороге к кварталу прямо посреди улицы были расставлены столы, сверкающие разноцветной керамикой.
Керамические блюда, чашки, колокольца и статуэтки привлекают взгляд и затягивают азартом не меньше, чем рыбалка. Шаг за шагом, последовательно обойдя все столы, повертев и рассмотрев внимательно каждую мало-мальски приглянувшуюся вещицу, я с сожалением отмела их, поскольку им не было места в моей московской квартире.
Готический квартал привлекает меня не только тем, что в нем среди сверкающих огнями магазинчиков и кофеен, затерян собор величайшей красоты и музей Пабло Пикассо. Он навевает атмосферу последних минут ожидания перед спектаклем в хорошем театре.
Здесь можно услышать игру ансамблей и солистов, а также оперные сцены и народную музыку.
. Музыка, извлекаемая смычком и пальцами, пропетая баритоном и сопрано, усиливается, отражаясь от древних стен, и создает акустическую картину концертных залов.
Проскользнув мимо музыкантов, я зашла в кафе выпить чашку кофе. Выйдя оттуда, застала полную темноту на улице. Неба не было видно, и лишь закрывающиеся ставнями витрины скупо светили на каменное ложе улиц.
Вдруг послушался шум приближающегося поезда. Это по крышам начал стучать внезапный дождь. Гром стократно отразился в колодце улиц, напугав прохожих своей трескучестью, и небо разверзлось. На меня полилась вода, будто из ведра. Было бесполезно прятаться от водной стихии, но я встала под крышу с воодушевлением подростка наблюдая, как отчаявшиеся остаться сухими, прохожие бегут, прижимаясь к стенам. Дождь шел не более 15 минут. Но как все преобразилось вокруг. Вокруг меня бушевали потоки воды, стремительно летевшие куда-то сломя голову. Наверное, им лучше было знать, куда бежать. Они соединились в огромные реки, запрудив улицы от края до края.
- Куда текла вода - к морю, в огромные подземные резервуары, на головы грешников? Воды было так много, что ею можно было захлебнуться по неосторожности.
Дождь не надолго перестал, но скоро опять беспощадно полился на беззащитных прохожих. Поняв, что пережидать его бесполезно, я осторожно отправилась, прижимаясь к стенке, по направлению к площади Католонии, стремясь быстрее попасть на станцию.
Выйдя на площадь, я замерла от удивления. Здесь по-прежнему слышались звуки оркестра. Резко сменив направление движения, я перешла вброд улицу, чтобы увидеть, что там творится.
Музыканты стояли в насквозь промокшей одежде, некоторые из них раздевшись по пояс и дули в свои мундштуки, выдувая из труб веселую музыку протеста против воли стихии.
Молодость стихиям неподвластна!
Вокруг них собрались такие же молодые девушки и парни и, скинув обувь, подоткнув подолы и закатав штанины, отплясывали азартно и весело, как может веселиться только беззаботный и не отягощенный житейским грузом, человек.
Мне хотелось присоединиться к ним. Но я была посторонним В.
Посторонним внутри себя. Я не могла переступить черту условности, на меня давил груз обязательств вернуться вовремя домой, меня заботило мнение окружающих.
Я ушла.
Следующий день был день отлета.
Как всегда, пройдя регистрацию в числе не спешащих граждан, я вошла в салон и села возле иллюминатора на самом последнем ряду, состоящем всего из двух кресел. Рядом тяжело опустился крупный молодой мужчина. Он ерзал - ему было явно неудобно тесниться в кресле. Он скучал, как скучает по общению человек, давно не бывавший дома.
Слово за слово и мы разговорились, не называя ни имен, ни фамилий, ни прочих координат.
Я легко и много рассказываю о себе, не упоминая о главном. Это располагает к откровенности.
Скоро я знала, что мужчина счастливо женат и два месяца не был дома. Его дом - недавно купленная квартира в Москве. Живет в достатке. Работает телохранителем у российского - кого не важно. Эта персона часто разъезжает по свету, навещая свои зарубежные владения. Конкретно сейчас он вместе с телохранителем посещал Испанию, где у Господина куплена вилла и солидный кусок берега Коста Брава. А в Испанию они приехали на машине из Швейцарии, где останавливались на отдых в личном Господском замке. Дворцы и замки у него повсюду.
Сейчас эта персона осталась коротать время со своей пассией, отпустив телохранителя на побывку домой.
- Зачем этому товарищу так много недвижимости в разных углах мира? Как он, не разорвавшись, успеет побывать везде? - спросила я. - У него, наверное, нет времени. Если он бизнесмен и ворочает таким огромным капиталом, ему нужно находиться на рабочем месте, держа руку на пульсе происходящего, чтобы случайно не разориться - поделилась я своими сомнениями со спутником.
Нет - возразил мне попутчик - этого человека уже ничто не разорит, и работать ему не надо - он свое уже заработал.
Повисла недолгая пауза. За это время я пыталась найти быстрый ответ на вопрос.
С какой интенсивностью нужно было брать и кидать, чтобы в такой короткий срок нахапать столько денег, нули суммы которой так и не уместились в моей голове?
Я решила не ломать над этим голову, чтобы не повредить ее, потому что быстро поняла простую вещь - он не один такой.
Мы подлетели к Москве и долго кружили над Шереметьево, нудно и монотонно совершая круг за кругом, переваливаясь с одного крыла на другое.
- Что это мы никак не зайдем на посадку? - нервно спросила я у соседа.
- Ты чего всполошилась? - ответил он вопросом на вопрос. И добавил.
- Я не боюсь смерти.
Потом посмотрел на меня в упор натренированным взглядом, привыкшим рассматривать цель в оптический прицел. - В смерти нет ничего особенного.
- И то правда! - опомнилась я.
Я ведь лечу на родину. А в России смерть - это самое простое, что может с тобой приключиться.